Когда актер не понимает, кого он играет, он поневоле играет самого себя.
Василий Ключевский

Заказ и доставка билетов в театры   


(495)933.38.38 
(495)722.33.25 (вых. и празд.) 
 
Спектакли по алфавиту:   # A-Z   А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Э   Ю   Я
 

Драматические театры

Музыкальные театры

Детские театры

Концертные залы

Стадионы

Клубы

Цирки

Спорт

Фестивали

Выставки

Новогодние елки


Рекомендуем:

Большой театр

Ленком театр

Современник театр

Сатиры театр

Моссовета им. театр

Дом музыки

Чайковского им. концертный зал

МХТ им. А.П. Чехова

МХАТ им. М. Горького

Фоменко мастерская

на Таганке театр

Эстрады театр

Кремлевский дворец

Луны театр

Табакова п/р театр

Квартет И комический театр

Вахтангова им. театр

Маяковского им. театр

Наций театр

Сатирикон театр

Оперетта Московская

Консерватория московская

16 тонн

 

Цирк на Вернадского

Цирк на Цветном

 

Карта постоянного покупателя
Лучшие цены на билеты в Большой театр в городе!!!

 
Получить консультацию по вопросам покупки театральных билетов в режиме онлайн:
ICQ: 617656994 - Мария   615451369 - Ольга   388740897 - Марина

Театр на Таганке

Статьи

ТАГАНСКИЙ ТУПИК

8 июля, 1999
Четверг. Молитва. Зарядка!
Закончили мы с Беби вчера сезон — мы сыграли семь спектаклей, 7-го числа, 7-го — месяца. И это был праздник... если бы вдруг под конец, на расход из музея, в гримерную не вошел Алимов и не сообщил о неприятном разговоре с Максимовым, который вдруг для себя открыл «Америку». Хотя с первых дней репетиций, начиная с прихода Мелешиной на первую и их знакомства, и на протяжении всех двух месяцев репетиций эта тема «американская» возникала, или концертная, как ее называли мы и Максимов. Его позиция была им строго обозначена: «Я делаю спектакль на эту площадку, а там делайте, что хотите...» — и т. д. Когда этот орган, этот трактор встал на сцене, первое, что я сказал в ужасе, как же мы его возить будем?! и пр. Единственные, кто получил гонорар за этот спектакль, — Максимов и Крымов. Мы с Линдт — ни копейки. А деньги дал я, а идея моя, и вчера Иркалихо, по-моцартовски в присутствии Максимова сказала: «Как жаль, что сегодня, В. С., я не могу поднять тост за вас — если бы не вы, вы придумали идею, вы принесли деньги, вы нашли режиссера... с каким удовольствием я бы выпила за вас — главного виновника сегодняшнего торжества», — и Максимову ничего не оставалось делать, как поддакивать... А теперь он вдруг забеспокоился — мне позвонят из Америки... это вы ставили, что я отвечу и т. д. И потом с Пашей?! При нем мы говорили о серебре — бокалах с Копыриной — как это провозить через границу... все было, начиная с фонограмм, при нем, и он ни разу не поинтересовался: а о чем, собственно, идет речь. Но знаю его позицию: я сделал, а дальше — ваше дело. Мы и не лезли к нему за советами, потому что ни он, ни Крымов не знают тех условий, тех площадок, на которых нам придется выкручиваться. А мы, дважды каждый побывавший там, это ясно себе представляем, этот ад, который нас ждет... — играть в синагоге, на ступеньках, на паперти или в спортзале какой-нибудь школы.
Неожиданный звонок поздно из Мурманска — заболел (давление) Фарада, он посоветовал меня, я, к счастью, оказался дома. И вот завтра я должен улетать в Мурманск на День рыбака.

9 июля, 1999
Пятница
Из меня сделали Сальери для Высоцкого. Им так удобнее. Надо же, чтоб у каждого Моцарта свой Сальери
был. Тут важно не свихнуться и самому не забредить, а то и вправду случится то же, что с бедным маэстро Сальери. Говоря о зависти — белой ли черной — хрен один, жонглируя словами и пр., я рискую в глазах публики впрямь прослыть завистником, что само по себе большая х...ня — не имело быть... Но может быть, зависть возможна — посмертная, когда звучат и печатаются произведения, ставятся памятники, открываются музеи, и проводят чтения и международные конференции, и твое имя мелькает где-то в списках современников и пр. Но и тут у меня никогда не шевелилось нечто вроде — ах, почему это не я сочинил или не про меня говорят. И если я стою по утрам на голове, еще и потому только, чтоб не сойти с ума и умереть в сознании и покаянии, в христианском смысле и пр.
Читаю про долги Пушкина. Еще одна моя черта — я не могу быть кому-нибудь чего-то должен в смысле денег. Я лучше лишу себя и семью каких-то благ, но это такая для меня вещь, психологически невозможная — быть должником, одалживать деньги. Нет, можно по оплошности не положить деньги в карман и выйти из дома пустым и перехватить до завтра. Но даже не до зарплаты. Я должен обязательно иметь запас. В эфире я говорил про черту эту — как крестьянскую, кулацкую, но внуки, дети, семья... Если вдруг завтра я калека, на первые дни что-то должно оставаться — фонд сбережений.
Отправила Лунева «Плаху» Заворотному. Его я, «кухню» не читал и вряд ли... Он же, как добросовестный человек и редактор, мою должен прочитать и отрецензировать. В восторженной его оценке не сомневаюсь, и вот тут не хотелось бы себе проиграть... ошибиться во взгляде или мнении.
С женой моей какой-то замечательный мир установился вдруг. Просматривая архив, который вернул мне Ульяшов, наткнулась она на американскую фотографию у Бродского, косил я взглядом... перевернула, прочитала надпись и положила... думал — разорвет, подымет крик опять... нет. Я сказал ей потом — по какому-то космическому, метафорическому порядку, ты не знаешь, как я к тебе отношусь, у тебя на поверхности доказательства обратного — мои связи, мелкие обманы, и я ничего в свое оправдание сказать не могу, не хочу, — но вот по тому самому космосу. «Знаю, — сказала она, — иначе я бы так не говорила». А как и что она имела в виду, остается только гадать-догадываться.
«Моцарт на старенькой скрипке играет? А Сальери может спать».
«Любимая! Встречай завтра около двадцати московского Шереметьево, целую Деди».

25 июля, 1999
Воскресенье. Молитва
Сростки. 7 часов 10 минут. Двор тети Раи и дяди Григория. Пасмурно. «Я видел его или с тетрадкой, или с книжкой», — Никоненко про Шукшина. Вот и я хочу, чтоб меня двор, который видел Шукшина, где снимал он кадры фильмов своих, запомнил трезвым и пишущим!»
Во сне видел Любимова... получившего телефакс от Сороса (?) отменившего итальянские гастроли «Марата». «Вот как, дорогие артисты, с нами поступают», а я думаю: слава Богу, значит, Беби может спокойно репетировать... и тут же — репетиционный зал и под фонограмму — голос Беби... идет репетиция. «Фантастика», — Полицеймако сказала и пр.
Вчера в Музее В.М.Ш. встречали мы с Евдокимовым Степашина со свитой — губернаторами Алтая, Екатеринбурга и Михалковым. Премьер назвал меня — Валерой — и за ручку поздоровался. Костюмы у нас оказались цвета одного и материала.
На стадионе премьер читал фрагменты рассказов Шукшина — подготовился, идя в народ, — срезал. Замечательным актером оказался Степашин, значит, долго не усидит и ничего не успеет сделать, как говорит его пресс- секретарь Михайлов. На поляне за столом тост, мной приготовленный, оказался лучшим, как сказали земляки — за дружбу между федеральным центром и нашим Алтаем. После обеда в Барнауле — церемония подписания пакетов документов, и мужики благодарили меня...
На берегу Катуни сидел я в кресле и книжки продавал. Теперь нужно вывернуться на Пикете. Спою я песню, посвященную матросу — Шукшину: «Ты, моряк, красивый сам собою».
Есть ли след какой в архиве Шукшина о взаимоотношениях с Высоцким?! Вряд ли. Кем считал Шукшин Высоцкого, кем он был в его глазах? — любопытно. Если бы что-то было, Андрей Крылов* знал бы об этом. Такое впечатление, что мое заявление на Пикете — они были друзья — для большинства прозвучало новостью.

10 сентября, 1999
Пятница. Молитва. Зарядка!!!
Вот и кончилась моя страда по Буркову. Теперь тридцать шестой сезон. Дозвонился вчера поздно до Семенова, хорошо, что он упредил шефа о дерзости производственной Беби. Он понимает, что она не одна. Он ждет завтра. Разговор будет тяжелый для нас. Я — старый, матерый волк и то, никак не могу привыкнуть к этим нагрузкам, когда шеф выговаривает о том, что артисты растаскивают театр, разбазаривают форму и пр., плюют в колодец и пр.
Чего стоим? Чего не двигаемся? Неужели мне сразу придется ехать в театр?! Хоть взглянуть на Тамару, хоть «Кляксу» завести и на ней умчаться в тридцать шестой сезон. Господи! Спаси и сохрани!
Стать губернатором Буркову — удивить всю Европу, комментирует газета «Подробности». Бурков убедил Росселя, что он может победить... вернее — напугал. А еще вернее — велико недоверие в области к Росселю. Но он припомнит всем, майские штабы выселяются, пресекаются, члены преследуются. А что будет, когда Эдуард инаугурируется.
Поздно прилетаем, поздно.
Кажется, я поеду мимо дома, что бы успеть условиться о чем-нибудь с Беби. Впрочем, вещи можно бросить.
Шеф выпустил пар на нас и подобрел. Первая стадия обработки, я считаю. «Ну, дайте ей сыграть эту чертову премьеру...» Говорил и оправдывался практически я один. Завтра репетиция «Марата» и спектакль. Беби боится скандала.

12 сентября, 1999
Воскресенье. Молитва. Зарядка
Помолился я вчера в Донском, свечки поставил за Любимова, Линдт и своих всех с открытием тридцать шестого сезона, последнего сезона в этом тысячелетии. Попал под дождь и, наверное, добавил простуды. За исключением одной выброшенной, забытой фразы в пении, все было в «Марате» достойно. Хотя волновался, дрожали руки и пр. Но Беби... ну Беби... это нечто с чем- то... потрясающая девка. Как она пела, особенно на ре-
петиции. Стручок фасольный, перышко, похудела не знаю как. И, конечно, умилила шефа, и он простил на время ее, до «Годунова» теперь... Заменится в «Годунове» на Смирдан и порядок. Выскочит из этого кольца... на зависть всем и пр.

13 сентября, 1999
Понедельник. Молитва. Зарядка!!!
Вот вчера на «Марате» я царил, был недосягаем. Смотрели англичане. Потом в гримерной пили бренди и водку голодные, странные. Про спектакль ничего не сказали. Но Беби — молодец, и это хорошо и замечательно, что они увидели ее, на что она способна. Джон — режиссер ходил по сцене, сидел в зале, и было понятно, что это человек театра. Чем-то напомнил Анатолия Васильевича Эфроса. Но надо думать вперед, надо еще какой-то проект выдумывать — «Тумороуленд» — дело, в общем, сделано, и премьера неотвратима, и прекрасен сам факт, независимо — успех ли, и даже — провал... один хрен — Беби говорит по-английски, поет, танцует. Она доказала свой международный класс, а там...

15 сентября, 1999
Среда — мой день
Молитва, хорошая зарядка, хороший сон, после посещения Новой Оперы... застал финал...изложи. Беби вышла на финишную прямую, ей надо сейчас высыпаться и беречь голос и глаза.
Смирнов: — Возмутило шефа не то, что у него подвернулась путевка в Кисловодск, а то, что не извинился...не покаялся как бы. Более того, из Кисловодска директору позвонил директор филармонии — Юра под маркой театра халтурит, и то, что они показывают, даже халтурой нельзя назвать. Если этот факт подтвердится — строгий выговор с предупреждением...и расстанемся.
Бортник прилетел из Сочи пьяный, отказался вчера от «Годунова». Шеф махнул рукой. Все ясно и хорошо. Вот это самое страшное, что никто не обращает внимания, никому дела нет, ну нет, и нет. «Может быть, я умер...». Может быть, ну и что...при чем тут взрывы.
Адамсон утонул. Светлой памяти, Саши. Жалко мне тебя безумно — рубаха-парень. Талантливый, добрый, несчастный Артем остался сиротой. 
Л ю б и м о в: «И даже формулу придумали — а зачем мне репетировать, я за себя отвечаю. Ну отвечайте, идите на эстраду и отвечайте, а театр дело коллективное». Это он Беби запомнит надолго, и будет цитировать везде и повсеместно.
10.00. Когда пришел на сбор труппы, увидел, что портретов руководителей — Любимова, Боровского, Золотухина — нет, не висят. Портреты всех артистов на месте, а наших нет. И, подлец, забеспокоился — повесят ли меня в числе руководителей или вынесут из мавзолея ко всем остальным. Нет, восстановили, как прежде, и успокоился.

18 сентября, 1999
Суббота. Молитва. Зарядка
А ведь сегодня по большому счету у нас с Беби великий праздник — премьера, долгожданный великий день для артиста, особенно в международном составе, с оркестром, с хором. Надо устроить Беби день, чтоб запомнила на всю оставшуюся жизнь. Во-первых, поехать в церковь и помолиться.

19 сентября, 1999
Воскресенье. Молитва
Ну куда бежать от этой жизни...
— Мне это нравится... я — умираю... Я хочу умереть пьяной... Если я выживу — это будет большой ошибкой. Я не верю в Бога. Я не хожу в эти ваши ... церкви. Я не верю, что кто-то верит.
Ну прости ты ее, Господи.
Пристает — как прошла премьера. Она не верит моим словам — я не был там — как я ни убеждаю ее. ..не верит, и я бы не поверил. А кому я букетище за 700 рублей купил и вынес на сцену, опередив Лужкова. И двух одинаковых собачек — Мерке и Кате. Кто такое мог придумать, как не Деди. Только Деди номер такой отмочить мог. Главному герою и героине, у которой туфель слетел в танго и цепь золотая партнера — прочиталось, что так задумано. Так вот, звездам по мягкой игрушке — дорогой, кстати. Ну, а потом — фуршет в «Шератоне».
Я поставил свечку за здоровье Филатова и удивился себе. Что это я?! И почему так искренне?!
15 сентября 1996 я подарил «Дребезги» Ирине Линдт. Это был первый шаг. Она иронично отнеслась к этому и, конечно, книгу не читала и до сих пор.

20 сентября, 1999
Понедельник. Молитва. Зарядка
На «Рентгене». Беби спит. У меня, что — две жены, что ли? Дома я не могу находиться — пьяная жена, ругань беспредметная, здесь я думаю о Тамаре, о моей несчастной жене и о своей никчемной жизни, потому что она остановилась. А остановилась она на Беби и на «Жасмине». Я жил ожиданием премьеры, и она состоялась, но радости ожидаемой не принесла. Спектакль не получился, не оправдал надежд. Нет, Ирка молодец. Особенно вчера... она царила, она становится хозяйкой сцены, хозяйкой спектакля, своего тела и голоса. Но если в воскресенье вечером в зале огромном, роскошном сто человек, из них — половина приглашенных. То, что это за мировая премьера? Сваливать все на рекламу, на ее отсутствие, ну от части. По сюжету, по сценографии — вчерашний день...стреляющий танк — да вчера еще у него загорелся ствол — символ развалившейся армии, развалившегося, устаревшего оружия — нарочно не придумаешь.

21 сентября, 1999
Вторник. Молитва. Зарядка!!!
Отсутствие зрителя на премьере повергло Ирку в глубочайшую депрессию, до слез. Она пытается всячески защитить спектакль. Оправдать, но факт — вещь не опровержимая и упрямая: факир был пьян, и артисты ни при чем. Фокус не удался.
По радио прошла негативная информация: «И грают на ломаном английском. Кого эти англичане хотят удивить, показывая демонстрации с красными флагами и пр.». И рад бы поспорить и опровергнуть, да не тут-то было.

23 сентября, 1999
Четверг. Молитва, № 34
«Независимая» написала, что от полного провала мюзикл спасают двое русских артистов — Ирина Линдт и Андрей Егоров. Ирина Линдт — настоящая звезда «Тумороуленд». Собственно, что и требовалась доказать. Ругают — Джемми — Маркуса — хваленого — он и того не умеет — петь и танцевать.

24 сентября, 1999
Пятница. Молитва. Зарядка!!!
Доронин: «У Вас гениальная книга. Я до полночи читал. Жена стала ругаться — ложись. И замечательная кассета. Почему бы вам не записать Высоцкого, студию я бы нашел. Вы ведь так по-своему его поете...»
О, Господи! Наконец-то я дома, спал в постели своей. Вчера с Палехой и Дорониным смотрели мюзикл. Хлопали, кричали браво. Юрка вынес ей мою корзину «Великой актрисе современности».

9 октября, 1999
Суббота. Молитва
Ну, явился я домой. Из Санкт-Петербурга. Лицо плохое. «Гран-при» наш, а ДТ получила за красоту и восхитительность спецприз. Большая фужера, наполненная парфюмом. Разбил я ногу, прыгая с когнатом на железяки. Вообще хорошо. Теперь надо приходить в себя. Где-то помял машину.
Сегодня «Марат»...
Свой первый приз за роль-игру получила Ирина Викторовна. Этот фужер гигантский надо наполнить шампанским и заставить ее выпить. Придумали они этот приз по моей просьбе, что б я остался для получения «Гран-при». Сейчас она лежит на диване в моей гримерной, ее диван занят Масловой. Я полечил горло Беби, она замотала шарфом, сделала спиртовой компресс. В театре затишье после репетиции «Хроник» и перед «Маратом»...
«За героизм, женственность, красоту...» — лучше бы одно произнес: «За лучшую женскую роль». Но номинация «Гран-при» поглотила все...


Назад | Далее



 


Театральные премьеры на balagan.ru

Театральные новости

07.03.2017
Легендарная «Табакерка» отмечает своё 30-летие
30 лет назад, в первый день весны 1987-го года труппа Олега Табакова представила публике свою первую постановку....

07.02.2017
Ленком отметил 90-летие. Купить билеты в Ленком.
Во вторник, 31 января, один из самых культовых театральных коллективов столицы отметил знаменательную...

10.01.2017
Билеты на премьеру МХТ им Чехова "Механика любви".
21 декабря на Новой сцене Московского Художественного театра имени А. П. Чехова состоялась премьера спектакля...

25.12.2016
Билеты на премьеру театра Наций "Иванов".
23 и 24 декабря 206 года на сцене театра Наций состоялась премьера, которую без преувеличения можно назвать самой...

07.12.2016
Небывалые скидки на билеты на балет "Герой нашего времени"
Успейте купить билеты в Большой театр на потрясающий балет " Герой нашего времени" с хорошими...


Как проехать в театр?

Аншлаговые спектакли

Иванов

Барабаны в ночи

... И море

Контрабас

Сказки Пушкина

Рассказы Шукшина

Бег

Евгений Онегин

Юбилей ювелира

Примадонны

Борис Годунов

Двое на качелях

Слишком женатый таксист

Враги: история любви

Аквитанская львица

Мастер и Маргарита

Предбанник

Варшавская мелодия

1900

Царство отца и сына

Римская комедия

Одна абсолютно счастливая деревня

Сон в летнюю ночь 

Отравленная туника

Фрекен Жюли


 
Rambler's Top100
   на главную      +7 (495) 722 33 25