Театру, который достиг совершенства, уже ничто не может помочь.
Николай Акимов

Заказ и доставка билетов в театры   


(495)933.38.38 
(495)722.33.25 (вых. и празд.) 
 
Спектакли по алфавиту:   # A-Z   А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Э   Ю   Я
 

Драматические театры

Музыкальные театры

Детские театры

Концертные залы

Стадионы

Клубы

Цирки

Спорт

Фестивали

Выставки

Новогодние елки


Рекомендуем:

Большой театр

Ленком театр

Современник театр

Сатиры театр

Моссовета им. театр

Дом музыки

Чайковского им. концертный зал

МХТ им. А.П. Чехова

МХАТ им. М. Горького

Фоменко мастерская

на Таганке театр

Эстрады театр

Кремлевский дворец

Луны театр

Табакова п/р театр

Квартет И комический театр

Вахтангова им. театр

Маяковского им. театр

Наций театр

Сатирикон театр

Оперетта Московская

Консерватория московская

16 тонн

 

Цирк на Вернадского

Цирк на Цветном

 

Карта постоянного покупателя
Лучшие цены на билеты в Большой театр в городе!!!

 
Получить консультацию по вопросам покупки театральных билетов в режиме онлайн:
ICQ: 617656994 - Мария   615451369 - Ольга   388740897 - Марина

Малый театр России

Статьи

Малый театр

Однако при всех упомянутых недостатках нельзя не признать, что театр проделал интересную и полезную работу. Д. Д. Благой, крупнейший знаток творчества Пушкина, также указав на слабости народных сцен, на замедленный ритм спектакля, все же счел нужным заметить: «Из всех виденных мною пушкинских постановок “Борис Годунов” в Малом театре представляется наиболее интересным опытом».
На протяжении 1938 года Малый театр показал две новые постановки классических пьес: «Ревизор» и «Горе от ума».
Гоголевскую комедию ставил Л. Волков, оформлял К. Юон.
Цели театра режиссер сформулировал достаточно четко: «Этот спектакль должен помочь школьникам изучить Гоголя и его эпоху, познакомить молодое поколение с лучшей жемчужиной из сокровищницы русской классической драматургии, показать советскому зрителю, что собой представлял николаевский режим, продемонстрировать лучшие традиции реалистической школы». Режиссер полагал, что центральное место в спектакле должно принадлежать городничему. «Хлестаков же, так сказать, величина играемая, а не играющая... Хлестаков не врет и никого не обманывает... Он просто рассказывает слухи и анекдоты современного ему Петербурга для поддержания того престижа, который ему услужливо навязывают чиновники». И только сметливый Осип спасает своего барина от почти неминуемой горькой участи. Что же касается городничего, то он матерый хищник, ослепленный своей удачей. Приезд настоящего ревизора возвращает его на грешную землю, но это не возмездие, а всего лишь новое препятствие, которое надо преодолеть. Л. Волков утверждал, что его «Ревизор» — прежде всего актерский спектакль. «Ничто в этом спектакле не должно заслонять или подменять актера: ни кисть художника, ни рука режиссера».
К. Юон полагал, что фоном для всего спектакля должна стать квартира городничего «с ярко выраженными унылыми стенами. За окном вид унылого городишки».
Все должно изобличать отсутствие у хозяев какой-либо художественной культуры и вообще грубость, глубокий провинциализм. В нарядах Анны Андреевны и Марии Антоновны заметны претенциозность и безвкусица. Костюмы чиновников в первом акте обнаруживают их полное пренебрежение к мнению света; далее они выходят в парадных мундирах. Модный франтовской костюм Хлестакова выделял его обладателя, заставлял верить, что тот, кто его носит, важная персона.
Спектакль Малого театра был показан вскоре после того, как закрылся театр, руководимый В. Э. Мейерхольдом. Все творчество этого замечательного мастера режиссуры некоторые критики объявили формалистическим. Не мудрено, что подчеркнуто бытовой спектакль, осуществленный Л. Волковым, выдавался чуть ли не за образец реалистического метода.
Дело доходило до абсурда. В газете «Известия» была помещена статья, в которой говорилось: «Правильно сделал театр, подчеркнув особенно ценные для нас демократические элементы пьесы, с любовью выведя образы слуг: умный и умудренный житейским опытом Осип, с присущим ему народным лукавством и сметливостью, и смекалистый трактирный слуга.
Это они, Осипы, олицетворяют народные низы, те самые живые души народа, в громадную силу возрождения которой глубоко верил Гоголь». Заявить, что плут и лентяй Осип, действующий заодно со своим барином, воплощает народную душу, значило ничего не понять в комедии.
Но наиболее серьезные критики отметили и недостатки спектакля. Так, В. Филиппов писал: «Режиссура умело подчеркнула бытовые мотивы пьесы, но затушевала ее общественно обличительную ценность».
Хлестаков в исполнении Мейера — избалованное барское дитя, в нем не чувствовалось злой гоголевской сатиры. Он был уморителен, когда ложился на подоконник и выглядывал на улицу, — ни дать ни взять любопытный ребенок. Хуже всего проводилась сцена вранья: в ней он по-прежнему оставался капризным и ребячливым.
Анна Андреевна, какой ее показывала В. Пашенная, была женщина сильная, взявшая власть над мужем раз и навсегда. Но вообще роль артистке не удалась. Не склонная к самокритике, она все же признавала: «Я невзлюбила роль городничихи и считаю до сих пор, что это моя неудачная работа». Совершенно исказила С. Фадеева образ Марьи Антоновны, придав ему налет кретинизма. Критик так и написал: «У С. Н. Фадеевой — Марья Антоновна выходит совсем дурочкой». А. Бобчинский — Н. Светловидов и Добчинский — П. Оленев особенно в первом акте играли, как считал критик, «настолько смешно, что становилось не смешно и не правдиво». Осип Костромского был опустившимся, грязным, почти дряхлым стариком, которому все давно безразлично. Такой Осип не соответствовал гоголевскому персонажу. Не без ехидства журналист замечал: «Хороший старичок. Только вот наговаривает на себя: “Возьмешь, говорит, себе бабу”. Ну какую уж бабу в семьдесят лет. Прихвастнул старичок Осип».
Что касается городничего, то, как полагал сам исполнитель роли Н. Яковлев, это образ скорее драматический, чем комический. С первого появления он одержим страхом. «Распоясывается городничий только в пятом акте, где полностью и проявляется его грубая и одновременно экспансивная натура. Последний монолог городничего подлинно драматический».
Пожалуй, самый интересный характер среди чиновников создал М. Климов. Его Земляника жил чрезвычайно интенсивной и напряженной жизнью, выискивал малейшую возможность насолить, напакостить, подставить кому-нибудь из коллег ножку. В первом акте Земляника выглядел сонным, неторопливым, изнемогающим от жары. Он сидел в расстегнутой рубашке и, казалось, сохранял полнейшее равнодушие ко всему происходящему. «Однако проходило две-три минуты — и зрителю становилось ясно, что равнодушие Земляники — чистейшее притворство: из-под полуопущенных припухших век пристально следили за всем окружающим наглые и хитрые глаза».
В третьем акте, услужливо поддерживая пьянеющего Хлестакова, стремительно перебегая с одного конца комнаты на другой, чтобы произнести «лабардан», Земляника постепенно становился хозяином положения. Или, например, сцена взяток. Угодливая улыбка играет у него на губах. Весь вид подчеркнуто подобострастный, а в глазах запрятана ирония, сознание, что «страшный» ревизор — тоже человек, а значит, и его можно прибрать к рукам. Поминутно облизывая губы, Земляника — Климов рассказывает Хлестакову всю подноготную чиновников. И видно, что ему доставляет удовольствие их предавать. «В этой сцене образ Земляники в исполнении Климова достигал предельной выразительности».
Через несколько месяцев после премьеры начались так называемые вводы: вместо одних актеров назначались другие. На роль Шпекина был назначен Н. Радин. Он был моложе всех чиновников, и для него Хлестаков являлся не столько ревизором, сколько, может быть, в еще большей степени «столичной штучкой». И вот он уже так же шаркает, как Иван Александрович, и такой же у него пробор, как у Хлестакова. Хлестаков просит у почтмейстера взаймы, тот любезно шаркает ножкой, достает из кармана пачку писем, ломает сургуч, вытаскивает ассигнации и вручает: «Вот, извольте. От души готов служить». И сразу же становится менее почтительным. Шпекин встает, придерживая шпагу, не без фамильярности раскланивается и роняет: «Не будет ли какого замечания по части почтового управления?» У Радина — Шпекина это звучало так: «Ты теперь на почту носа не сунешь».
Самым важным событием в жизни спектакля было назначение на роль Хлестакова И. В. Ильинского.
Увидев актера в этой роли, В. П. Катаев написал: «Каждая его интонация, каждое движение, каждый комический нюанс строго соответствуют ситуации и вместе с тем обогащают гениальный гоголевский текст чудеснейшими актерскими находками».
Сам Ильинский рассказывал, что не хотел делать из Хлестакова заведомого авантюриста. «Мне казалось, что чем более наивно и ребячливо будут показаны эти черты, так сказать, в чистейшем виде, тем сильнее прозвучит самая основа хлестаковщины и тем нелепее покажется это человеческое качество». Вместе с тем Хлестаков должен быть стремительным, более того, страстным при достижении цели, какой бы пустой она ни была.
Работа актера с режиссером Л. Волковым над ролью проходила в высшей степени согласованно. «Я абсолютно доверял его режиссерскому глазу, да и с педагогической стороны эта встреча, как мне кажется, сыграла для меня в дальнейшем большую роль». Волков требовал отказа от внешних приемов, от игры на обаянии, ставил перед исполнителем сложные задачи. Позднее актер писал: «Л. А. Волков впервые на практике заставил меня полюбить и органически впитать многие гениальные приемы Константина Сергеевича Станиславского».
Актер утверждал, что Хлестаков безлик, все его представления и взгляды сформированы тем самым строем, который порождал городничих и держиморд. Вот почему в сложившихся обстоятельствах он ведет себя, как настоящий ревизор: распекает, берет взятки, пускает пыль в глаза. И в сцене вранья он представляет то важного чиновника, то богатого и хлебосольного барина, то светского франта, то государственного деятеля...
Этот Хлестаков живет только сегодняшней минутой и при виде женщины тут же начинает за ней волочиться.
На спектакле актер прежде всего поразил своей органичностью, точным совпадением с сутью комедии. С. Н. Дурылин, страстный поклонник Гоголя и Малого театра, написал: «Игорь Ильинский играл Хлестакова как бы при прямом режиссерстве Гоголя». Он же считал Хлестакова в исполнении Ильинского «самым чистосердечным, самым непосредственным из всех, которых за последние четверть века видела русская сцена».
Желая выразить восторг и благосклонность, Хлестаков — Ильинский не только говорил с каждым чиновником на его языке. В порыве любви к щедрым визитерам он совершенно непроизвольно подхватывал их жесты, начинал двигаться в их ритме. «Хлестаков порхает и резвится вместе с почтмейстером, степенно шагает в паре с судьей, юлит как Земляника, семенит ножками, вскидывает ручками, трясет хохолком в хороводе с Бобчинским и Добчинским».
В сцене вранья Хлестаков произносил: «Тридцать пять...» — и заикался. Было видно, что на этой цифре он хотел остановиться. И вдруг, махнув на все рукой, бросался в пучину хвастовства: «...тысяч курьеров».
В сцене с Растаковским ему становилось скучно, он ерзал на стуле, вздыхал, пытался помочь старику, а потом откровенно подталкивал его к дверям и даже передвигал руками его большие стариковские ноги в ботфортах. И, что бы ни делал Ильинский, все выходило очень смешно.
Памяти М. С. Щепкина посвящалась постановка комедии «Горе от ума». Ставили спектакль П. Садовский, И. Судаков и С. Алексеев. Свое понимание великой комедии режиссеры изложили следующим образом: «Мы рассматриваем “Горе от ума” как картину нравов и галерею живых типов и вечно острую жгучую сатиру (слова Гончарова), как глубокое мудрое произведение, бичующее систему взглядов, мировоззрений, привычек, уклада жизни, человеческих взаимоотношений московского дворянства конца первой четверти XIX века».
Художник Е. Е. Лансере воссоздал небольшой барско-чиновничий особняк первой четверти XIX века «с интимом и уютом его интерьеров». Художник следовал всем ремаркам и даже описательным репликам, даваемым автором. В этом жилом доме, полном «достоверных случайностей», был дан даже вид из окна. Работа Лансере являлась безупречным по стилю экскурсом в прошлое.
Большое внимание уделяли режиссеры организации массовых сцен. «Мы стремились избегать гротескного преувеличения характеристики грибоедовской Москвы, считая, что слишком явное разоблачение московского общества этой эпохи лишь снизит социальную роль классической сатиры, обличений Чацкого».
Премьера состоялась 17 ноября 1938 года. На следующий же день появилась рецензия в «Правде». Критик Д. Заславский особенно высоко оценил массовые сцены и прежде всего бал.
Один характерный штрих: в этой постановке была использована вращающаяся сцена. Так, в первом действии «уезжает» спальня Софьи, проплывают гостиная, портретная, а против движения бежит Чацкий, торопясь встретиться с Софьей.
В. А. Филиппов даже попенял режиссерам за то, что они слишком часто переносили действие из комнаты в комнату. Мало того, показ портретной, где возле карточных столов собирались старички, по его мнению, задерживал стремительное развитие действия. Но в целом работа режиссеров получила высокую оценку.
Критик журнала «Искусство и жизнь» так и написал: «Впервые, пожалуй, для этого театра за последние годы ощущается режиссерская направляющая рука...» Причудливой насмешкой над природой, здравым смыслом, красотой и молодостью были все зловещие старики и старухи, собравшиеся в доме Фамусова.
Роль Фамусова играли П. Садовский и М. Климов.
На портрете, нарисованном Садовским с тонкой насмешкой, Фамусов представал не вельможным и сановитым барином, а чиновником средней руки, неглупым, обходительным, умевшим владеть собой. Артист мягко и правдиво передавал подобострастие Фамусова, его ехидный смешок и сварливый старческий гнев, его суматошное беспокойство и панический страх перед «завиральными» идеями Чацкого. «Истинным наслаждением было слушать, как Садовский читал чудесный грибоедовский стих. Это была музыка настоящей русской речи, подлинного московского говора».
У Климова Фамусов был необычайно подвижным и темпераментным. Мысли и чувства у него менялись с поразительной быстротой, словно перебивая друг друга. Казалось, что это вчерашний Молчалин, достигший теплого казенного места и теперь спешащий насладиться всеми благами жизни. Вот почему такой искренний восторг звучал в рассказе Фамусова — Климова о хлебосольной, гостеприимной Москве. Вот почему он буквально сиял от удовольствия, когда рассказывал о своем дядюшке, который трижды растянулся на полу во дворце, чтобы насмешить императрицу. Что творилось с Павлом Афанасьевичем, когда в его кабинете появлялся Скалозуб! Всю свою энергию он направлял на то, чтобы угодить будущему генералу. Фамусов казался мягким, благодушным. Но стоило Чацкому начать изложение своих «крамольных» взглядов, как «перед зрителем во весь рост вставал убежденный крепостник...» Он «с внезапной прорвавшейся яростью объявлял причиной всех бед ненавистную ученость и требовал немедленного уничтожения книг».


Назад | Далее



 


Театральные премьеры на balagan.ru

Театральные новости

07.03.2017
Легендарная «Табакерка» отмечает своё 30-летие
30 лет назад, в первый день весны 1987-го года труппа Олега Табакова представила публике свою первую постановку....

07.02.2017
Ленком отметил 90-летие. Купить билеты в Ленком.
Во вторник, 31 января, один из самых культовых театральных коллективов столицы отметил знаменательную...

10.01.2017
Билеты на премьеру МХТ им Чехова "Механика любви".
21 декабря на Новой сцене Московского Художественного театра имени А. П. Чехова состоялась премьера спектакля...

25.12.2016
Билеты на премьеру театра Наций "Иванов".
23 и 24 декабря 206 года на сцене театра Наций состоялась премьера, которую без преувеличения можно назвать самой...

07.12.2016
Небывалые скидки на билеты на балет "Герой нашего времени"
Успейте купить билеты в Большой театр на потрясающий балет " Герой нашего времени" с хорошими...


Как проехать в театр?

Аншлаговые спектакли

Иванов

Барабаны в ночи

... И море

Контрабас

Сказки Пушкина

Рассказы Шукшина

Бег

Евгений Онегин

Юбилей ювелира

Примадонны

Борис Годунов

Двое на качелях

Слишком женатый таксист

Враги: история любви

Аквитанская львица

Мастер и Маргарита

Предбанник

Варшавская мелодия

1900

Царство отца и сына

Римская комедия

Одна абсолютно счастливая деревня

Сон в летнюю ночь 

Отравленная туника

Фрекен Жюли


 
Rambler's Top100
   на главную      +7 (495) 722 33 25